Запорожские ликвидаторы аварии на ЧАЭС: Когда собирались ехать в Киев - готовились к худшему

logo

Сегодня, 26 апреля, в мире вспоминают жертв катастрофы на Чернобыльской атомной станции. 

Непосредственно от взрыва и при тушении пожара на 4-м энергоблоке тогда погиб 31 человек, более 200 были госпитализированы. В то же время точное количество людей, которые преждевременно умерли или потеряли здоровье в результате аварии, до сих пор подсчитать невозможно... 

Чернобыльская катастрофа привела к одному из крупнейших выбросов радиации и к массовому радиационному загрязнению территорий, откуда выселили около 200 тысяч человек. Зоны отчуждения были созданы на территории Киевской области Украины, Гомельской и Могилевской областей Беларуси, а также Брянской области России.

О том, как в период ликвидации катастрофы работали запорожские санэпидемиологи, читайте в спецпроекте "Всей Власти", подготовленном специально к 31-й годовщине аварии на Чернобыльской АЭС. Своими воспоминаниями о тех страшных событиях поделился заведующий радиологической лаборатории «Запорожский областной лабораторный Центр Госсанэпидслужбы Украины», ликвидатор аварии на Чернобыльской АЭС - Михаил Костенецкий.

«Раздался резкий телефонный звонок.

— Михаил Ильич! Вам необходимо срочно явиться на работу.

Это было 27 апреля 1986 года, в воскресенье, в 12.00.

Так для меня начался новый жизненный этап. Теперь для многих людей жизнь состоит из двух периодов: до аварии на Чернобыльской АЭС и после.

В радиологическом отделе Запорожской областной санэпидстанции собрались специалисты, занимающиеся контролем за радиационной обстановкой окружающей среды.

— К нам поступила шифрограмма из областного штаба ГО о немедленном начале работы по контролю за радиоактивностью питьевой воды и гамма-фоном местности.

— Что случилось? — заволновались мы.

— Пока ничего добавить не могу, — сказала заведующая и стала судорожно набирать по телефону номера Министерства здравоохранения Украины.

Там тоже ничего внятного объяснить не смогли. Об аварии в Чернобыле мы узнали только на следующий день...

28 апреля при Запорожской областной санэпидстанции был создан оперативный штаб во главе с главным врачом В. Ф. Мариевским (позднее — Главный государственный санитарный врач Украины). Было введено круглосуточное дежурство и организован постоянный радиационный контроль питьевой воды и гамма-фона местности.

С 29 апреля гамма-фон постепенно стал нарастать и достиг максимума в 1 час ночи 1 мая. Уровни его составили 150 мкр/час при фоновых величинах 11-12 мкр/час. Однако к утру гамма-фон снизился и составил 40 мкр/час. Таким образом, радиоактивное облако (так называемый южный след) прошло над Запорожьем в ночь с 30 апреля на 1 мая.

Возник вопрос: проводить первомайскую демонстрацию трудящихся при таких уровнях или не проводить. Оценивая ситуацию, специалисты приняли решение — непосредственной угрозы жизни и здоровью людей такие уровни не несут. Демонстрацию проводить можно.

С 30 апреля специалистами областной санэпидстанции при исследовании воздуха начал регистрироваться радиоактивный йод-131, который при нормальной работе АЭС в атмосфере отсутствует. Это подтвердило наличие свежих радиоактивных выбросов и свидетельствовало о крупной аварии реактора. Кроме йода-131, в воздухе появились и другие радионуклиды станционного происхождения: церий-144, цезий-134, барий-140, рубидий-106, церий-141 и др. Одновременно с этим повысилась и радиоактивность воды реки Днепр.

В связи с большим объемом работ по контролю за радиоактивностью воздуха и воды были привлечены специалисты других подразделений облСЭС, которые в короткие сроки прошли соответствующее обучение.

Для уточнения радиационной обстановки на территории Запорожской области в мае была проведена гамма-съемка местности с использованием передвижной радиометрической лаборатории ПРЛ-69.

В результате гамма-съемки были выявлены радиоактивные пятна в отдельных местах Васильевского, Куйбышевского, Пологовского, Каменско-Днепровского и некоторых других районов. Это были ограниченные участки с уровнями гамма-фона над почвой 100-250 мкр/час.

В мае 1986 года лаборатория радиологического отдела областной санэпидстанции приступила к радиационному контролю продуктов питания. Для контроля отбирались пробы сельскохозяйственной продукции, выращиваемой на территории области и завозимой из других областей, а также продукция животноводства, в первую очередь — молоко и мясо.

(…) 17 мая из Киева поступила срочная телефонограмма: командировать группу специалистов в Киевскую область для оказания помощи местной санэпидслужбе по ведению санитарно-гигиенического и радиационного контроля. Было принято решение послать девять человек — специалистов различного профиля.

Экипировались серьезно, так как конкретно не знали, что нас ждет. Взяли дозиметрические приборы, индивидуальные дозиметры, получили индивидуальные средства защиты — пластикатовые костюмы, респираторы «Лепесток». Готовились к худшему.

Выехали поздно вечером 19 мая на своем транспорте. В УАЗе вместе с аппаратурой и личными вещами еле разместились. Груженая машина шла тяжело. К Киеву подъехали только на рассвете.

Для интереса высунули датчик прибора через окно — стрелка угрожающе поползла вправо; переключили на другой диапазон. Дозиметр показал 300 мкр/час. А это в 20-25 раз выше обычного естественного фона, регистрируемого в Запорожье. Стало не по себе. Из всех едущих в машине только радиолог понимал, что это значит.

В семь утра прибыли в Киевскую областную санэпидстанцию. Нас встретил заведующий радиологическим отделом, который здесь и ночевал. Поставили нам задачу:

— Вам необходимо ехать в Полесский район. Разместитесь в здании районной санэпидстанции. Конкретные обязанности расскажет главный врач райСЭС. Поскольку уровни радиоактивности там значительные, срок командировки ограничен 10 днями. Вас сменит другая группа специалистов из вашей области.

Мы отправились в путь. Следуя в Полесское, неоднократно проезжали посты ГАИ, которые останавливали нас и требовали проездные документы. Дозиметрический контроль транспорта не велся.

Наконец, мы на месте. Аккуратное двухэтажное здание Полесской райСЭС расположено на территории Центральной районной больницы. В глаза бросилась развернутая палатка у входа для санитарной обработки. Толпы людей — эвакуированных, как оказалось впоследствии; небольшая неразбериха. Перед нами прибыла большая группа врачей, тоже из Запорожской области, подкрепление медикам района.

Представились главному врачу райСЭС. Нас быстро разместили в актовом зале и кабинетах второго этажа. Выдали раскладушки, матрацы, постели. В общем, устроились неплохо. Питание было организовано в столовой по талонам и бесплатно (позже бесплатное питание отменили). Нам сказали, что будут даже выдавать вино, но это не подтвердилось. Оказалось: действительно, употреблять спиртное ранее разрешалось (говорили, для профилактики радиационных поражений), но накануне нашего приезда произошло несколько автомобильных аварий, и спиртное выдавать запретили.

Основные наши обязанности заключались в санитарном надзоре за объектами общественного питания, водоснабжения, канализации; в радиационном контроле продуктов, питьевой воды, а также измерении гамма-фона в населенных пунктах района с подсчетом доз облучения населения и последующим определением возможности дальнейшего проживания здесь.

Нас предупредили, что надо вести учет работы и рабочего времени. Приезжали из Киевской областной СЭС, проверяли ведение документации. Тогда нам казалось это обычным проявлением бюрократизма, ведь в то время никто не думал о каких-либо льготах. Но впоследствии эти документы нам пригодились. На основании их определяли статус «ликвидатора».

К сожалению, не подтвердилась теория, которой нас обучали на занятиях по гражданской обороне: радиоактивный след должен иметь эллипсовидную форму и равномерное распределение активности по зонам. В связи с этим, как мы поняли впоследствии, определение 30-километровой зоны, которая считалась наиболее загрязненной и из которой проводилась эвакуация населения, было неправомерным.

Позднее, когда была проведена аэрогамма-съемка, оказалось, что большая часть Полесского района загрязнена радиоактивными веществами значительно сильнее, чем некоторые населенные пункты 30-километровой зоны. В связи с этим в 1986 году население 11 населенных пунктов района было эвакуировано, а в 1989 — 90 гг. правительством было принято решение об отселении жителей еще четырех сел и самого пгт. Полесское.

Мы работали по 12 часов в сутки. В составе бригад Полесской райСЭС ежедневно объезжали населенные пункты района и замеряли гамма-фон. Наши специалисты развернули в здании райСЭС радиологическую лабораторию и измеряли содержание радионуклидов в пищевых продуктах, в основном местного производства. Проверялись молоко и молочная продукция, мясо, овощи, фрукты, ягоды, пищевая зелень, яйца. Местное население несло все, что росло на их приусадебных участках. В процессе измерений часто выявлялись превышения действующих нормативов, о чем давалось заключение. Но что население делало с этими продуктами в дальнейшем, мы не знали, поскольку тогда не существовало жесткого контроля за загрязненной продукцией. К тому же отсутствовала нормативная и правовая база, регламентирующая уничтожение радиоактивно опасных продуктов.

Конечно, никто из специалистов санитарной службы не пользовался респираторами, поскольку население их тоже не использовало, а белыми воронами выглядеть было неудобно. Не проводилась и йодная профилактика. А, кстати, в это время уровни содержания йода-131 в воздухе были весьма значительными. Мы могли только рекомендовать населению меры профилактики при попадании радионуклидов в организм с продуктами питания.

Через 10 дней мы возвратились домой. На смену нам прибыла другая группа специалистов. Так, сменяя друг друга, бригады специалистов санэпидслужбы Запорожской области в течение двух месяцев ездили в Полесский район Киевской области для оказания помощи местной санитарной службе.

Была проделана огромная работа. Почти каждая бригада привозила благодарность местных органов власти и руководителей здравоохранения. Впоследствии все работники санэпидслужбы, около 100 человек, побывавшие в Полесском районе, получили статус «Участника ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС».

Прибыв домой, мы незамедлительно приступили к работе. Предстояло детально исследовать состояние радиоактивности почвы в Запорожской области, чтобы иметь полную картину последствий Чернобыльской аварии на территории области. Это и было сделано в июле 1986 года, а затем повторено в конце года. Исследованиями было установлено, что радиоактивные элементы цезий-137 и стронций-90 на территории Запорожской области выпали неравномерно. Наибольшему загрязнению подверглись восточные и северо-восточные районы. Однако в целом плотность загрязнения была значительно ниже 1 Кюри/км2 и не представляла непосредственной опасности для здоровья населения.

Вспоминая те трагические дни, только сейчас понимаешь с какой отдачей и самоотверженностью работали специалисты санэпидслужбы в очаге поражения радиационной аварии на Чернобыльской АЭС.

Многие не дожили до этой даты, и не последнее место в их смерти сыграло облучение продуктами ядерного взрыва.

Честь им и хвала! И вечная память!»

Оставить свой комментарий: