Действия руководства завода могут лишить молодого запорожца зрения - главная фотография

Действия руководства завода могут лишить молодого запорожца зрения

Запорожский завод отказывается признавать производственную травму, которая может оставить сотрудника без зрения

logo

В редакцию «Всей Власти» обратился 26-летний житель Запорожья Игорь Еременко, уже 2 года работающий на заводе ЧАО «Запорожогнеупор» в цехе по ремонту промышленного оборудования.

Игорь 6 дней назад во время рабочей смены получил производственную травму, оказавшись в нелегкой ситуации, когда родное предприятие стремится откреститься от ставшего «неудобным» сотрудника, а родные парня молятся, чтобы он не остался инвалидом на всю оставшуюся жизнь.

Сам Игорь рассказывает:

- 10 августа я вышел на смену. У нас было задание собрать вал с подшипником. Мы с напарником приступили к работе. При насаживании подшипника отлетел осколок и попал в глаз. Я был полностью одет, как положено по правилам производства – в спецодежде, очках и каске. В тот же день меня госпитализировали в городскую больницу №3 в отделение глазной травмы. Мне сделали операцию по извлечению осколка, сейчас прохожу лечение и жду составления акта. Впереди еще одна операция, врачи не дают никаких прогнозов…

На вопрос, почему же защитные очки не выполнили своей функции и не защитили глаз от осколка, Еременко отвечает, что со вспотевшего лица они постоянно сползали. Получается, завод не подбирал по размеру средства спецзащиты своим сотрудникам, а выдавал, что есть?

Прогнозов нет

На момент общения корреспондента с Еременко (16 августа) парню предстояла консультация в частной офтальмологической клинике «Визус», куда его направили из 3-й больницы, и дорогостоящая операция по пересадке поврежденного хрусталика и, вероятно, лазерная коагуляция (паяние) сетчатки, чтобы не утратить зрение. Официальный диагноз – проникающее ранение роговицы с внутриглазным инородным телом.

Покрыть огромные по меркам молодой семьи расходы на хирургическое и консервативное лечение должна страховка работника «Запорожогнеупора». Но, чтобы получить деньги по ней, Игорю необходимо предоставить акт с работы, составленный и подписанный комиссией, подтверждающий факт наличия производственной травмы. А вот с этим как раз и возникли большие проблемы.

По нормам рабочая комиссия должна была расследовать инцидент и составить акт в течение первых трех суток после происшедшего. Первые несколько дней, по словам Игоря, руководство хранило молчание, как будто ничего и не случилось. Затем просто тянули время. Теперь обещают в пятницу, 19 августа, выдать готовый акт, однако к тому времени все нормативные сроки уже пройдут.

При этом, как утверждает Еременко, время тянут не просто так – за эти дни руководство оказывает давление на начальников участка и цеха, на напарника Игоря, заставляя их засвидетельствовать, что пострадавший работал без очков, а значит, сам виноват в своей травме и не может претендовать на компенсацию от завода. Если напарнику угрожают лишь увольнением, то начальству пригрозили уголовными делами, поэтому не сдается и не соглашается подписать «нужное» заключение до сих пор только коллега и друг Игоря.

Кроме того, врач отделения, в котором лежит Игорь, рассказал своему пациенту, что на днях к нему подходил человек, представившийся мастером с «Запорожогнеупора» и коллегой Еременко, и пытался забрать извлеченный осколок – якобы для комиссии, что совсем уж насторожило родных пострадавшего парня.

«Кто пустил бы меня в цех, увидев без защиты?»

Самому Игорю за время лечения в больнице один раз звонили с работы – предлагали оплатить лечение сразу, но с условием, что парень перестанет претендовать на положение жертвы производственной травмы, а заявит, что был в тот злосчастный день без очков. Еременко отказался: «Если я останусь инвалидом, завод будет должен мне всю мою жизнь. А если мне оплатят лечение сейчас, а через несколько лет все резко ухудшится (а претензий ведь я по закону уже предъявить не смогу) – что мне делать в таком случае?».

Игорь утверждает: «Версия, что я пошел работать без очков, несостоятельна хотя бы потому, что за два года работы у меня не было ни одного промаха. Да и кто из мастеров или коллег пустил бы меня в цех, увидев без защиты? Пытались еще рассказывать, что я на самом деле не имел доступа к слесарным работам и пошел туда самовольно. Но при приеме на работу я расписывался, в том числе, за работу слесаря 3-го разряда – это входит в круг моих обязанностей!».

Семья Игоря опасается, что руководству завода удастся спустить дело на тормозах и избежать выплаты компенсации сотруднику, который рискует остаться инвалидом по зрению. Основания для этого есть: на заводе за время работы Еременко уже происходило подобное. Знакомой Игоря на производстве отрезало кисть руки, а статуса пострадавшей от производственной травмы девушка так и не добилась. То ли руководство надавило, то ли решили вопрос «полюбовно» - об этом девушка отказывается рассказывать, так как продолжает оставаться сотрудницей «Запорожогнеупора» и опасается проблем на работе.

Запорожским СМИ известно, что службы по связям с общественностью холдинга «Метинвест», в состав которого входит «Запорожогнеупор», регулярно проводят мониторинг публикаций и оперативно реагируют. Поэтому «Вся Власть» надеется, что ситуация с Игорем Еременко также разрешится как можно скорее и справедливо. 

Комментарии

guest photo

Иван 17.08.2016 в 12:19

ИГорь. мы все с тобой и просто так этого не оставим!!!

Ответить

Оставить свой комментарий: