Дело запорожского скрипача: в милиции пропали вещи убитой

logo
Дело запорожского скрипача:  в милиции пропали вещи убитой   - главная фотография

 После полуторамесячного перерыва в Запорожье возобновилось рассмотрение дела запорожского музыканта Анатолия Собакаря. Уже год известный скрипач сидит в СИЗО. Его обвиняют в заказном убийстве собственной  матери.
 За ходом судебного процесса следит многочисленная музыкальная среда Запорожья - напомним, Анатолий Собакарь является преподавателем Запорожского музыкального училища имени Платона Майбороды, участником  многих творческих коллективов Запорожья, среди которых симфонический оркестр запорожской областной филармонии, квинтет «Мистерия», ансамбль песни и танца "Запорожцы", .
 Во время вчерашнего заседания суда – дело слушается в суде Шевченковского района Запорожья, на поверхность всплыли интересные подробности относительно хода расследования преступления, проведенного районными правоохранителями. В частности, из показаний понятой, присутствовавшей   при изъятии сумки с вещественными доказательствами, явно следует, что процедура проведена с серьезными нарушениями.
Как пример:  под протоколом подписались два понятых – мужчина и женщина (мужчина был опрошен судом на предыдущих заседаниях). У обоих совпадают показания относительно хода изъятия:  дело происходило в темное время суток, милиции пришлось работать с фонарями, сумку нашли быстро – она находилась в зарослях на расстоянии 50-70 метров  от  дороги, однако дорогу к вещдокам  показывала не обвиняемая в убийстве Ирина – та оставалась возле милицейской машины, а следователь. Более того, по данным понятой, под протоколом об изъятии она подписывалась одна, и никакого мужчины-понятого там не было.  Что ж получается, что милиция выезжала на изъятие «на  бис», только уже с другим понятым?
 Однозначные сомнения вызывают и порезы на пальцах Ирины, которые сотрудники милиции преподнесли,  как доказательство того, что девушка порезалась о лезвие ножа, когда боролась со своей жертвой – матерью Анатолия Собакаря. Врач, осматривавший Ирину в райотделе в день убийства,  заявил суду, что на момент ее задержания, порезов на ее ладони не было. Зато днем позже, когда у Ирины брал отпечатки пальцев в СИЗО, порезы были отчетливо видны. Сама обвиняемая сообщила суду, что порезы на руках ножом ей причинили сотрудники милиции. Адвокат Ирины запросил дополнительной экспертизы.
 Не может пока суд добиться, куда же из вещей убитой Оксаны Алексеевны  исчезли полторы тысячи гривен, которые во время изъятия вещей из квартиры убитой лежали  в ее барсетке, о чем свидетельствует видеозапись изъятия, и ее мобильный телефон, тоже снятый на пленку.
 К слову, имея на руках телефон убитой, следователи  даже не «сняли» с него последние звонки.  Теперь нет и самого телефона. Как в милиции могли «потеряться» материальные ценности убитой женщины,  пока ответа нет.  
Следующее заседание суда назначено на завтра.  

Оставить свой комментарий: