Танки ОНЛАЙН

logo
Танки ОНЛАЙН - главная фотография

Наша редакция достаточно регулярно посещает различные воинские подразделения принимающие участие в АТО.
 Эта командировка состоялась благодаря сотне запорожской самообороны «Запоріжжя», союзу предпринимателей «Ника», которые регулярно оказывают помощь нашим военнослужащим на востоке страны и лично члену запорожской самообороны по имени Олег с позывным «Глухарь»,  который морщится, когда его называют волонтером. С Олегом я еду не в первый раз. Глухарь прошел весь Киевский майдан и везет меня в гости к своему сотнику 38-й сотни, который теперь командует танковым батальоном. Понятное дело, что в гости он едет не с пустыми руками. Редакционный коллектив насколько мог,  внес и свою лепту. Сигареты, чай, лимоны и несколько пачек газеты «Прав.Да» я передал от запорожских журналистов украинским танкистам.

 


 

В пять утра я вышел из дома. Рядом стоял «по колено в земле» нагруженный гуманитаркой  французский пикап. Глухарь - владелец бедного «француза», начал ворчать, когда я вслед за редакционной помощью, обязательными бронежилетом и каской стал впихивать в беременный кузов пикапа несколько пачек «Прав.Ды».
- Зачем еще эта макулатура? Я и так ее настолько никогда не грузил. - пробухтел себе под нос недовольный владелец присевшего автомобиля.
Знал бы он, что сделал бы со мной Зотов (главный редактор «Прав.Ды») не привези я в АТО его газету.
Мы не спеша тронулись. Наши 250 километров не лучшей дороги  улеглись по времени в 6 часов.
Проехали мимо древнего танка с надписью «Калічка» и стали у штаба батальона. Нас встретил зам по тылу «Голландец». Размер «Голландца» был такой, что для таких танкистов Харьковский завод имени Малышева должен делать отдельную линейку танков с размером XXL.  Пока они разбирались с Олегом, что в какой склад разгружать я сиротливо стоял с фотоаппаратом и пачками газет возле летучего  Dodge Голландца.


Зам. по тылу Голландец

 - Можно «Прав.Ду»? – неожиданно обратился ко мне мужик в форме и автоматом. Разговорились. Мой новый знакомый Сергей Косовец оказался, как и газета из Запорожья. Пошел на фронт добровольцем, сменился с наряда и наткнулся на земляка с «Прав.Дой». Даю газету, блок сигарет, пачку чая и лимон. Делаю снимок на память.
- Верьте в нас – передает запорожцам  привет усатый земляк с добрыми глазами. Обнимаемся, прощаемся, и доброволец уходит по своим делам.



Доброволец из Запорожья Сергей Косовец

 

- А это, наверное, для меня – перенимает у меня пачки с газетами подошедший офицер.
Бечевку, которой были перевязаны свежие номера «Прав.Ды», Дмитрий Гармаш  аккуратно сматывает и кладет в карман. «Здесь все пригодится и все нужно», - объясняет замполит батальона.
Мой тезка и бывший коллега, ранее  работавший в «Газете по-киевски» и журнале «Країна», теперь служит заместителем командира по работе с личным составом. Естественно разговорились о печатном слове в зоне АТО.


Замполит батальона Дмитрий Гармаш

- Естественно с прессой здесь дела плохи.  Спасибо волонтерам, что оказывают не только материальную, но и интеллектуальную помощь.
Для солдат необходимо знать, что происходит в стране, не утрачивать контакт – пресса в зоне АТО важна для процесса социализации.  Поймать какую-то волну, мало – нужно и что-то читать, потому что чтение отвлекает, человек окунается в тот мир, о котором читает. .
Газеты читают запоем. Есть и нецелевое назначение – утепление («Прав.Да тело греет). Газеты создают дополнительную воздушную подушку под одеждой, бумага держит тепло. А если прошел дождь, то лучше газеты, ваши сапоги ничего не высушит.
Жаль, что замполита не слышит Олег (я вспомнил его утреннее ворчание по поводу лишнего груза).
- Сейчас бытует мнение, что все началось на востоке страны  не в последнюю очередь из-за того, что Украины проиграла информационную войну России по отношению к местному населению.
- Может быть. Сейчас люди не столько дезориентированы. Самые правдивые сведения они получают от звуков выстрелов с той или другой стороны. Они понимают, что живут на грани, им не до информационных войн.
Все понимают, что к этому конфликту привели политики, причем не только российские, но и бывшие украинские.
Честно скажу, нас здесь пока встречают не как своих. А хочется быть дома.
- Дмитрий, у тебя сменилась профессия: раньше делал журнал «Країна», теперь делаешь новую страну.
- Я, как бывший журналист делаю так, чтобы было кому и что читать. Люди должны иметь возможность купить утром газету и кофе. Это признак того, что тебе ничего не угрожает.  Это, наверное, главный показатель мирной жизни.
Олег с «Голландцем» к тому времени разобрались с волонтерской помощью. Выяснилось, что зам. по тылу на гражданке 20 лет проработал руководителем иностранной компании.  Язык его был простой как танк. Не стесняясь в выражениях, он рассказывал мне о том, что я уже десятки раз слышал от таких же вояк, как он: техника убитая, нет системы логистики, приходится в неуклюжую армейскую систему внедрять гражданский управленческий опыт, военные начальники стали таковыми не потому что талантливы и умны, а потому что выслужили себе время покомандовать. И как результат вся эта нерабочая техника и все эти окружения и котлы.
- Отдельный привет хочу передать владельцам тех предприятий, которые предоставляют технику военкоматам. Предоставление такой техники расцениваю как акты вредительства и саботажа. Потому что нам с такой техникой приходится воевать больше чем с противником – лучше уж вообще ничего не давали. Мы ремонтируем каждый день то, что постоянно ломается, ломается, ломается.
 А второй привет  - «Голландец» поднял кулак, - военкомам. Они, наверное, специально подбирают кадры, которые кроме как пить, ничем заниматься не хотят. Мы конечно их исправим. Но привет передам лично, когда вернусь с войны (жалко будет Давида Моина если от такого «Голландца» прилетит привет).
Но ничего, справимся – танки грязи не боятся.
Хороший мужик подумал я о нем про себя. Хороший мужик тем временем укатил в тыл решать свои тыловые вопросы.
Штаб батальона располагается то ли в сельраде, то ли в колхозной управе. Напротив магазин. Из штаба выходят военные в форме, в магазин заходят люди в сельской одежде, но с автоматами наперевес внося в мою голову определенный диссонанс – будто по красной дорожке Каннского кинофестиваля между фраков и платьев проковылял пьяный облеванный Михаил Пореченков.

 


 

С торца здания казарма для танкистов. Невдалеке ряд морских контейнеров, переоборудованных под домики. Внутри обшиты фанерой, стоит буржуйка и сварены полки для сна – я бы там спать не решился. Пошел в казарму сельрады – ряд кроватей, холодно. Бойцы заняты своим делом. Газеты уже читают. Раздал сигареты, чай, лимоны – разговорились, угостили кофе. Поговорили. Узнал что необходимо солдатам в первую очередь, записал и вышел искать Олега. Тот обнимался с мужиком в бушлате и пистолетом на правой ноге.
- Скиба Петр Павлович, - представился командир танкового батальона. Внешне комбат похож на председателя колхоза, ничего военного в его облике я не нашел. Поинтересовался что трудней: руководить сотней на майдане или батальоном в АТО.


 

- На майдане было попроще. На майдане были добровольцы, которые шли по велению сердца. В армию же людей призвали. Проблема в том, что военкоматы напризывали людей, многим из которых далеко не в армии место. Мало того, что разный возраст, жизненный путь, характер, разный жизненный опыт и мировоззрение у людей которым приходится вместе служить, так еще есть такие, каких отсюда гнать нужно. Так проблема в том, что у меня прав, что бы выгнать нет.
- А по поводу техники – комбат показывает на танк стоящий сзади – проблем в этом нет. Я на таком служил, правда модель была старее. Но в «Десне» на переподготовке новую освоил быстро. Успели и пострелять и два марша прошли. Проблема в том, что время их не красит. Стояли на консервации, резинки, патрубки менять надо, но это мелочи. Главное экипаж у меня хороший. Наводчик Артур тоже с моей сотни – вон он идет – поговори с ним лучше.
Артур с позывным «Сокол» - прозвище свое получил на Майдане за, то, что установил два флага:  Евросоюза и Украины на высокой стеле Независимости. Свой танк называет «Белый тигр», теперь «Сокол» и летает на нем в степях Донбасса.

 


На войне Артур во второй раз.
- Первый раз пришли добровольцами практически всей 38-й сотней. С нами девчонка была. Которая весь майдан прошла с нами и ни в чем нам не уступала – командир поставил условие: - «или девчонка, или  вы». После того, как она всю революцию прошла – не могли ее бросить, собрались сотней и ушли по домам.  Второй раз я вернулся один, уже к своему сотнику – комбату.
Артур пригласил в кабину танка. Взял у меня аппарат и сверху подсказывал, куда ставить ногу и за что браться рукой. Я, кряхтя, протискивался во чрево танка – ощущение, будто тебя рожают, только наоборот – Сокол просквозил мимо, сел на соседнее место и уже снизу помогал мне приземлиться. Я сидел на месте командира танка, тяжело дышал и слушал как этот молодой, красивый парень рассказывал мне о майдане, о том, как его блокпост стоял под Славянском и первым его второй батальон Нацгвардии  вошел в Славянск и первым повесил в этом городе прапор Украины. О том, как ждал, пока позовет в свой танковый батальон его сотник. Рассказал о своем танке. И … позвал меня покататься на боевой машине.

 


 

 

В поле за селом стоял одиноко танк. Остальные притаились в посадке. Мы подошли, танк фыркнул, запустив двигатель, и исчез в облаке дыма. Механик – водитель, получив по рации разрешение от комбата -  пригласил на башню.
Я уселся, танк дернулся, и мы помчались вышивать из чернозема кружева на стерне от скошенного подсолнечника – впечатлило.

 


 

Место, где ремонтируют танки, напоминает колхозную рембригаду - наверняка до войны она здесь и была. Только вместо комбайнов стоят танки, возле  которых копошатся колхозные слесаря, у которых кроме ключей еще и автоматы. Один вылез из под танка, второй вышел с кувалдой на плече. Подбежала безымянная овчарка. Сфотографировал  - «три танкиста и собака» - третий на заднем фоне, стоит на ящике, пардон «раком», погрузившись в задний отсек боевой машины. После того, как выбрался наружу, Александр из Фастова рассказал, что как только «все началось» его военный  билет лежал на телевизоре и ждал своего часа, при первой возможности ушел на восток защищать страну.

 


 

Танки разбавляет древняя машина с трогательной надписью «София» над радиаторной решеткой. Нашел автора – Павел из Киева - командир отделения технического обслуживания автомобилей. Написал имя пятилетней дочери на 157-ом  ЗИЛе  1969 года выпуска, который старше отца Софии. На борту Володя, по кличке Цыган, водитель древнего ЗИЛа добавил  имена своих внучек – Лиза и Юля. На таких «Софиях», «Лизах», «Юлях» приходится воевать их отцам и дедам.

 


Паша ищет фотографии дочери Софии на своем телефоне.


Паша несколько раз ходил в военкомат.  После долгого молчания позвонили с вопросом: «Как ты насчет завтра?».  «Завтра»  Павел не пошел – у жены был День рождения – пошел на следующий день.
- А как мне было быть? – удивляется командир отделения - фамилия моего деда золотыми буквами написана на монументе «Родина-мать»  в Киеве.
Разные солдаты служат в танковом батальоне майдановского сотника Скибы Петра Павловича. Одних гнать из армии нужно. У других военник с первых дней лежит на телевизоре, и уходят служить на утро после Дня рождения жены.  

 


 

Мы возвращались домой и стали свидетелями следующей картины: у одной из калиток мило щелкали семечки и беседовали местные невесты с приезжими солдатами, рядом одиноко стоял припаркованный  БТР. Все выглядело на востоке страны настолько буднично, будто сельские хлопцы подкатили к своим девчатам на мопеде.
Вот эта будничность и пугает больше всего. Слишком глубоко входит война в нашу жизнь, и слишком близко подъезжают БТРы к нашим калиткам. Теперь смешно и нелепо выглядят танки в компьютерных онлайн-играх. Настоящие ревущие машины переехали и закопали в траншеях мирную жизнь, где танки были только онлайн, всерьез и надолго.

Дмитрий Смольенко, фото автора

Оставить свой комментарий: